ИЗДАНИЕ ПБ ГСПО

Военно-исторический альманах

Номера

• 2007 апрель №2

ВТОРАЯ МИРОВАЯ

Битва за Британию

СТАТИСТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

Игорь ШИХОВ

От автора:

Хотелось бы сразу сказать, что главным мотивом, побудившим взяться за подготовку настоящего материала, стал интерес (собственный, да и большинства соотечественников) к событиям начала Великой Отечественной войны. За прошедшие полтора десятка лет вышло немало различных книг, журнальных статей, посвященных событиям июня 1941 г., включая работы по авиации. Из наиболее свежих - работы Марка Солонина и Дмитрия Хазанова. Работы, мягко говоря, очень разные, что только подчеркивает, насколько сложна тема. Наши лучшие авторы работ по авиационной тематике – Антипов В., Быков М., Диков А., Заболотский А., Ларинцев Р., Марданов А., Морозов М., Рыбин Ю. своими работами многое сделали для воссоздания правдивой картины Великой Отечественной.

В свою очередь, мне показалось разумным посмотреть, что представляли из себя Luftwaffe к июню 1941 г. через призму достаточно хорошо освещенной и изученной воздушной кампании - так называемой Битвы за Британию, когда были впервые опробованы многие тактические наработки, ярко проявились многие достоинства и недостатки Luftwaffe.

Англичане сняли обильную стружку с Luftwaffe, но не только не уничтожили и не обескровили, но скорее, заточили этот инструмент германской военной машины. Битва за Британию дает множество примеров смелых, тактически разнообразных действий и пилотов и командования Luftwaffe. Поэтому, нет ничего удивительного в том, что в России Luftwaffe добились больших успехов в начальный период войны, равно как закономерна и последующая их деградация, вызванная привычной недооценкой противника, соответственно, не адекватными планированием производства и подготовкой летного состава и, как следствие, неспособностью поддерживать высокую активность длительное время.

В настоящей работе будет дан максимум статистики, в ряде случаев оригинальной или малоизвестной у нас, и, по возможности, не слишком много авторских рассуждений и выводов, дабы читающий мог сделать собственные.

В дальнейшем предполагается продолжить работу техническим анализом авиатехники сторон и сделать подборку некоторых наиболее ярких операций и эпизодов.

Вступление:

По какой-то, ведомой только самим английским историкам причине, дневники Истребительного Командования за период с 10 июля по 31 октября 1940 года подменили собой то, что можно было бы назвать воздушным противоборством в рамках готовившегося сторонами (но не состоявшегося) сражения за Британские острова. В Британии упор делается на то, что героизм и самопожертвование немногих - в списки героев попали примерно 3 тысячи человек (“всего лишь численность пехотной бригады или экипажа единственного линкора”), в том числе примерно 500 посмертно, спасли от нацистского рабства население целой страны.

Впечатление такое, что Британской Империи срочно потребовались герои, причем не 1-2 и даже не десяток-другой, британцы превзошли советских пропагандистов на порядки – в герои попал личный состав целого командования (достаточно было выполнить хотя бы 1 боевой вылет). Очевидно, с Esprit-de-Corps на островах было совсем туго (на этом вопросе не принято заострять внимание).

Не пытаясь бросить камень в отважных английских (и не только) пилотов, хотелось бы знать, почему сотни никак и ничем не отличившихся летчиков, совершив считанные вылеты и при этом в глаза не видевшие противника, стали национальными героями, а, например, B. Hancock из No.6 SFTS (летной школы), таранивший 18 августа He 111 своим маленьким Avro «Anson», к их числу не относится ?

Комментарий: обнаружив скопление барж в портах Ла-Манша, англичане, всерьез опасаясь высадки, задействовали вечером 11 сентября более 100 ударных самолетов из состава BC и CC RAF. Бомбардировке подверглись Кале, Гавр, Дюнкерк и Булонь. Было сброшено около 80 тонн бомб, уничтожено до 100 барж. Истребители Luftwaffe встречали каждый английский налет, задействовав не менее 60 Bf109. Английские потери над французскими портами составили 15 машин. В упомянутом выше налете (на Кале) участвовали 12 флотских “альбакоров”, которых прикрывали 6 “бленхеймов” из sq.235 FC. Пилоты “мессершмиттов” из III./JG53 заявили сбитыми над Кале в период 18:40~18:45 два “бленхейма” и три “альбакора”, в тоже время, штаффель 1./JG52 заявил сбитыми в 18:35~18:45 два “бленхейма” и два “альбакора”. Два “бленхейма” действительно не вернулись, 6 человек из состава их экипажей погибли. Судьба “альбакоров” и их экипажей – не ясна, можно только утверждать, что немцы сбили не более 5 из 12. Вероятно, командование RAF хотело данной операцией намекнуть на отсутствие “спитфайров” и ”харрикейнов”(остались последние 50) и продемонстрировать всю отчаянность своего положения. Еще несколько таких выступлений и спровоцировали бы немцев на высадку, а там бы их заманили и проучили...

 
Летчики истребителей «бленхейм», сопровождавшие флотские «альбакоры» на бомбежку десантных плавсредств в портах Франции – герои (без слов – лететь в пасть врага на таком … в кавычки стоит взять слово истребитель), но вот о судьбе летчиков несчастных бипланов узнать что-либо практически невозможно – они не из ВВС и звания у них как-то странно звучат (суб-лейтенант и т.д.), словом, к Битве за Британию отношения не имеют. «Бленхеймы» сопровождения имеют, а «альбакоры» - нет…

Аналогичная история и с летчиками Бомбардировочного Командования. Помимо десантных судов, разбомбили как-то в Эйндховене 10 Не111 – немцы в потери попадают, а вот пилоты английских бомбардировщиков ни в канонические цифры потерь, ни в герои не попали. Ну а если наоборот – «хейнкели» накрыли бомбами «веллингтоны», сбитый британской ЗА или ИА немец – в перечень, а англичане, естественно, нет. Просто удивительная логика.

Известно, что после фантастических цифр немецких потерь, заявленных англичанами и усилившегося недоверия нейтральной прессы к достоверности британских сообщений, Черчилль лично прекратил попытки командования FC RAF (Даудинга) установить истинные размеры потерь Luftwaffe (мол, все равно нельзя узнать, сколько немцев упало в море, сколько разбилось во Франции). Он же пустил в ход крылатую фразу о “немногих few” (в речи 20 августа). Черчилль, безусловно, знал что делал, но какое это имеет отношение к истории и к памяти других незаслуженно забытых защитников Британии?

Вообще, существует простой показатель, так сказать, кровопролитности боевых действий – процент сбитых самолетов к количеству вылетов. По логике, кровавая Битва за Британию должна быть, во всяком случае, не последней в череде сражений второй мировой.

С 10 июля по 31 июля пилоты FC RAF выполнили 12,9 тыс. с/вылетов, потеряли - 0,54 %. В разгар битвы – в августе и сентябре в сумме выполнили 38,8 тыс. самолето-вылетов, потеряли - 1,86%. По более поздним меркам союзников – откровенно незначительный уровень потерь.

 

Комментарий: я специально оставил свой первоначальный вывод. Кому-то покажется логичным, кто-то сразу возмутится. На основании количества вылетов на один сбитый, любит строить свои рассуждения М. Солонин (и в своей книге и на страницах “АвиаМастера”) . В приведенном выше примере разница 10 c/вылетов у немцев в 1944 г. и 50 с/вылетов у англичан в 1940 г. на сбитый, убедительно доказывает только то, что данный метод совершенно неприемлем для того чтобы делать какие-либо выводы. Пилоты Bf109 в 1940 г. летали в среднем еще больше, чтобы сбить самолет противника. Достаточно полистать ЖБД какой-либо истребительной группы – сплошь и рядом, несмотря на “тесное” небо Южной Англии, встреч с противником не было, либо 15 наших Bf109 встретились с 21 “спитфайром” – сбитых и потерянных нет…

Для сравнения, лётчики ПВО Рейха в период с марта по май 1944 выполнили 13607 с/вылетов и потеряли уничтоженными 1256 машин – 9,23 %, 765 пилотов погибли. Сбили примерно как англичане – минимум 1438, подтвержденных в сводках радиостанции ВВС. Либо в 1944 г. немцы летали в 5 !!! раз меньше на то же количество потерянных своих / уничтоженных противников, либо очень много и не по делу летали англичане в 1940 г. (при своих-то передовых РЛС).

В большинстве работ по Второй Мировой, касаясь Битвы за Британию, акцент делается на том, что Luftwaffe, значительно численно превосходившие немногочисленное Истребительное Командование, в силу неразборчивости в целях атак, и, конечно, по причине героизма английских пилотов, не смогли решить поставленных задач. Перенос центра тяжести атак на Лондон, если не спас англичан, то точно угробил Luftwaffe. Но ведь Jagdwaffe имели превосходство в качестве техники и серьезное в уровне подготовки пилотов. Производство «спитфайров» составляло только 1/3 выпуска английских 1-мот. истребителей. Сами англичане считали «спитфайр» равным Bf109E, а «харрикейн» – заметно уступавшим «мессеру» в ЛТТХ. Если сравнивать самолеты других классов – Bf110 vs «бленхейм», английские бомбардировщики против немецких (особенно Ju88) – результат получится также не в пользу английских машин. Как же могло получиться, что, не уступая в численности, серьезно превосходя в опыте, подготовке пилотов и, очевидно, в уровне командования, Luftwaffe проиграли воздушную компанию? А могли ли немцы выиграть? Представляется, что выполнение или не выполнение декларативных целей высшего руководства еще не является всеобъемлющим показателем реального результата борьбы (хорошо, что Геринг не пообещал Гитлеру утопить острова!). Каждая сторона считала, что истребила противную не один раз и, тем не менее, ни одна не объявила о победе в течение всего 1940 г. (в отличие от множества других случаев, когда победителем себя считали обе стороны).

Господство над островной промышленно развитой Британией завоевать было невозможно в принципе. Это не Польша или Югославия, а сравнимый по силе противник. Англичане всегда могли отвести часть (или всю) ИА за пределы досягаемости немецких истребителей и ожидать решающего сражения в день высадки (S-Tag), при этом, подавляющая часть промышленности оставалась бы прикрытой. Без сапога пехотинца и гусениц танков на аэродромах противника – решительного результата достичь было невозможно ни в 1940 г., ни в 1944 г. К 15 сентября 1940 г. у немцев всё было готово для высадки – десантный флот, сформированы команды для строительства и обслуживания передовых аэродромов на захваченных плацдармах. Если разобраться, то серия дневных массированных налетов на Лондон в течение 15 сентября, ясно продемонстрировала, в сущности, отсутствие господства самих англичан над Южной Англией, включая район Лондона, неспособность предотвратить атаки Luftwaffe на избранные цели. Как отметил Лен Дейтон [35], победа Истребительного Командования заключалась не в поражении Luftwaffe, а в том, что оно смогло уцелеть и сохраниться как военная сила (что-то а ля Бородино!).

Все рассуждения о Битве за Британию держатся на том, что немцы в действительности планировали вторжение, и не состоялось оно только по одной главной причине - неудачи усилий Luftwaffe завоевать господство в воздухе над Южной Англией.

Давайте посмотрим. Статистика сама по себе не отвечает на вопросы, но очень помогает в поиске ответов.

ЧАСТЬ 1

Хотят ли гитлеры войны?

В отличие от русских из известной песни, конечно хотят. Непременно быстрой такой, победоносной, чтобы начать еще одну. Но не с Англией – почему-то все больше с Россией. Правда в том, что Германия не рассматривала Англию как реального противника и даже в ходе компании во Франции ни малейших разработок планов дальнейших военных действий против Англии не проводилось. Уже 20 мая 1940 г. после занятия Аббевилля, Гитлер заявил, что готов подписать сепаратный мир с Англией в любое время (Ref: Jodl Diary 01.02~26.05.40). Вскоре последовало еще одно очень существенное высказывание. 2 июня Гитлер заявил командующему группы армий «А» Рунштедту, что если Англия сейчас пожелает закончить войну и даст согласие на разумный мир, которое он от неё ожидает, то он (Гитлер) был бы, во всяком случае, свободен для выполнения своей настоящей большой задачи – борьбы с Большевизмом (Ref: Gen.Inf. Sodenstern). Кажется, что столь “миролюбивый” настрой Гитлера носит беспрецедентный характер в истории всей Второй мировой войны.

В июне 1940 г. произошел ряд событий укрепивших Гитлера в решимости проведения военной компании против СССР – ноты Прибалтийским государствам 14/16 июня и, особенно, решение “бессарабского” вопроса 23-28 июня.

22 июня сдалась Франция и Гитлер наложил запрет Luftwaffe на полеты над Британией, чтобы не провоцировать англичан. Геринг разрешил своим пилотам вступать в бой при встрече с английскими самолетами, в том числе над Ла Маншем, но последний пересекать запрещалось.

30 июня Ф. Гальдер встречался с госсекретрем Министерства Иностранных Дел Вайцзеккером (von Weizscker), который сообщил, что внимание Гитлера обращено на Восток. Однако, если Англия по- прежнему не будет проявлять желания заключить мир, вероятно, потребуется еще одна демонстрация военной силы.

1 июля начальники штабов Ф.Гальдер (OKH) и Шнивинд (OKM) обсуждали практические проблемы высадки. На следующий день эти вопросы обсуждались с главнокомандующим сухопутными силами на совещании в Фонтенбло. 3 июля, в дневнике Франца Гальдера появляется запись об оперативных задачах Генштаба – помимо Британии, “восточная проблема” выдвигается на первое место. Можно сказать, что уже к началу июля Россия прочно заняла свое место в планах германских военных по прямому и неоднократному указанию А. Гитлера.

13 июля на совещании высшего военного руководства пришли к общему мнению, что Англия не идет на заключение мира, т.к. надеется на Россию.

На первый взгляд, позиция Британии также не имеет аналогов в период Второй Мировой. Избегая военного столкновения, Британия бросила к ногам Германии последовательно Австрию, Чехословакию, Польшу, да и во Франции провоевали меньше половины компании, больше заботясь о спасении имущества и эвакуации войск, отказав даже в воздушной поддержке в критический момент – Англия не воевала за Францию до конца (при этом приготовления к отражению вторжения начались едва ли не в первый день кампании, см. Выводы к I/1). Никто бы не осудил Англию, если бы та села в очередной раз за стол переговоров с Гитлером. Кроме того, было ясно, что следующей жертвой Гитлера в случае нейтралитета Англии станет СССР. Казалось бы, воплощение мечты многих десятилетий Черчилля и не только – еще в 1936 г. британский премьер С. Болдуин говорил “Если бы в Европе дошло дело до драки, я бы хотел бы, чтобы эта была драка между большевиками и нацистами.”[01]. Подписание мирного договора с Гитлером (И.В. Сталин Пакт с немцами имел, чем, собственно, Британия хуже?), на самом деле, позволяло Англии вздохнуть на год раньше, чем произошло в действительности, сберечь десятки тысяч жизней и перенести войну на Восток. Понять причину такого поведения Англии позволяют, например, мемуары Й. фон Риббентропа [28]. Насколько можно судить, вся политика нацистов изначально предполагала серию конфликтов с восточными соседями из-за территорий, утраченных в результате Версаля, а затем и с Францией по той же причине. В тоже время, многовековая позиция Англии заключалась в недопущении чрезмерного усиления какой-либо одной европейской державы (будь то Германия или Франция – не важно). В этой связи понятно отклонение Иденом в конце ноября 1937 г. полуофициального предложения о присоединении Британской Империи к Антикоминтерновскому пакту (по признанию самого Риббентропа, антирусского по своей сути). Заслуживают внимания соображения и выводы, изложенные Риббентропом в памятной записке A5522 от 02.01.1938 (в то время германский посол в Лондоне). Риббентроп пришел к выводу, что с началом конфликтов с восточными соседями, Англия рано или поздно обязательно вступит в войну и ее позиция станет причиной втягивания в конфликт Франции. Англия готовится к войне.

В конце концов, 16 июля вышла Директива No16 (достаточно осторожного содержания) в которой упоминается план вторжения «Seelwe». 19 июля во время выступления в рейхстаге Гитлер обратился к Лондону с “последним призывом к благоразумию”, все еще надеясь на заключение компромиссного мира. Впрочем, не дожидаясь ответа, 21 июля Гитлер собрал совещание высших руководителей OKL и OKM (Ешоннек и Редер соответственно) на котором отметил, что угроза вторжения – лучшее средство заставить Британию обратиться к разуму, но вторжение должно быть реально осуществлено только в том случае, если не будет другой возможности заставить Британию заключить мир. На следующий день, Геринг был вызван в ставку для получения инструкций по подготовке компании на Востоке. В этот же день Галифакс в ледяных выражениях ответил отказом на предложение Гитлера. 28 июля вышел меморандум о том, что с Британией необходимо продолжать борьбу (компания против судоходства), в России для скорейшего завершения компании потребуется сильная авиа-поддержка. «Seelwe» продолжать готовить до весны 1941 г. также как и вторжение в Россию. Прозвучала даже идея о вторжении в Россию уже осенью 1940 г. В конечном итоге, Гальдер записал в своем дневнике: Россия – весна 1941 г. 31 июля на совещании в Бергхофе, Гитлер сообщил своим генералам о предстоящей войне c Россией, ближайшие возможные сроки высадки в Англии определялись на 20-26 сентября (при этом все подготовительные мероприятии, включая постановку минных заграждений и траление, необходимо было завершить к 15 сентября). Многие из присутствовавших, поняли, что в текущем году никакой высадки не будет.

1 августа OKW выпустило директиву, в которой указывалось, что решение о целесообразности высадки будет принято фюрером через 8 – 14 дней после начала воздушного наступления против Англии, начало которого предполагается приблизительно 5 августа, в зависимости от его результатов. В этот же день Гитлер выпустил собственную Директиву No.17 о войне против Англии. В ней также упоминается о начале полномасштабного воздушного наступления после 5 августа, точную дату устанавливают сами Luftwaffe по готовности. Геринг в этот день встречался со своими командирами соединений в Гааге, и 2 августа из недр OKL вышла в свет директива, предписывавшая начать большое воздушное наступление «Adler Tag» 10 августа. Из-за погодных условий официально немцы начали 13 августа, впрочем, уже с 11 августа авиация обеих сторон действовала с полной нагрузкой и большими потерями. Д. Ричардз [03] и многие другие считают датой начала Битвы за Британию 12 августа.

Несмотря на то, что было определен срок завершения подготовки «Seelwe» к 15 сентября (причем окончательное решение принимается за 10 дней до дня высадки) и Luftwaffe приступили к компании в поддержку операции, 14 августа Гитлер делает заявление, что подготовка к высадке на островах должна продолжаться даже если вторжение не будет реально осуществлено. Т.е. целью этих мероприятий являлось опять же склонение Англии к переговорам воздушными атаками и демонстрацией угрозы реальности вторжения.

Тем временем, после состоявшегося 30 августа “Венского арбитража” по Румынии, в советско-германских отношениях запахло “жареным”, причем не только на дипломатическом уровне.

* Комментарий: Здесь уместно привести весьма показательные цифры людских потерь от бомбардировок. При этом нужно помнить, что интенсивность боевых действий в сентябре была такой же как, и в августе и заметно снизилась в октябре, при этом количество жертв выросло в 8 раз !

Потери гражданского населения Великобритании во второй половине 1940 г.

месяц убито ранено всего
июль 258 321 579
август 1075 1261 2336
сентябрь 6954 10615 17569
октябрь 6334 8695 15029
ноябрь 4588 6202 10790
декабрь 3793 5044 8837
итого 23002 32138 55140

Столь большое (8-кратное) увеличение жертв, в особенности среди лондонцев, потребовало принятия срочных мер. Уже 10 сентября командующий Anti-Aircraft Command F.Pile собрал своих командиров на совещание и приказал впредь каждому орудию вблизи Лондона при приближении немецких самолетов вести огонь с максимальной скорострельностью (в смысле создать для населения Лондона максимально возможный фейерверк). За сентябрь только тяжелая артиллерия выпустила 260 тыс. снарядов. Газетчики быстро ввели в оборот объяснение новой тактике ЗА – “барраж” якобы заставлял подниматься немецкие самолеты выше и бомбить не прицельно. Однако, не сообщалось об ущербе от собственных зенитных снарядов, часть которых взрывалась на крышах домов собственных граждан. Кроме того, неэффективность принятой тактики (впрочем, альтернативы были еще хуже) стала предлогом увольнения из RAF Парка и Даудинга. При этом, в первом труде Министерства Авиации посвященном Битве за Британию, вышедшем в середине 1941 г, их имена даже не упоминаются. [35]

Можно сказать, что немецкая стратегия, в общем, работала, но дать реальный результат могла только против внутренне слабого государства.

 
2 сентября моряки просят перенести срок высадки (S-Tag) на 21 сентября. Вскоре немцы решили приступить к бомбардировка объектов расположенных в Лондоне (не нужно путать с налетами собственно на городские жилые кварталы).*

11 сентября должно быть принято решение о вторжении (текущая дата для S-Tag – 21 сентября), но результаты бомбардировок Лондона настолько обнадеживают немецкое руководство, что кажется возможным вообще обойтись без высадки. 14 сентября происходит очередное совещание – решено и дальше оказывать максимально возможное давление на Англию бомбардировками Лондона и демонстрацией намерения высадки. Геринг обратился к Гитлеру с просьбой разрешить бомбардировку не только военных объектов, но и жилых кварталов – Гитлер отказал, боясь за свои города. 15 сентября происходит крупнейший дневной налет на Лондон. В Британии принято считать, что в этот день Luftwaffe было нанесено столь решительное поражение (объявлено об уничтожении 185 самолетов при потерях 1:7), что немцы вынуждены были отказаться от высадки, убедившись в отсутствии перспектив завоевания господства в воздухе. На самом деле, потери имели достаточно обычные размеры и пропорцию - 26 англичан против 58 самолетов противника. Но если немцы рассчитывали бомбардировкой сотен самолетов в течение всего дня показать англичанам их беспомощность предотвратить разрушительные налеты на столицу, то британское правительство, со своей стороны, заявив о победе, пусть и мнимой, показало свою решимость продолжать борьбу даже перед лицом возможных крупных разрушений и жертв (рейтинг Черчилля в октябре – 89%, т.е. на 1% выше, чем в июле - ПР!). Данный факт уничтожил надежду Гитлера на возможность принудить Англию к миру бомбардировками, а также угрозой высадки, поэтому не удивительно, что на очередном совещании 17 сентября (соответственно, высадка могла быть назначена на 27-е), было решено определиться в сроках позднее. Для сохранения десантных средств от дальнейшего уничтожения во время регулярных налетов Бомбардировочного Командования, Гитлер приказал рассредоточить по удаленным портам, однако с расчетом, что их вновь можно будет собрать в 10-дневный срок. Факт рассредоточения был установлен фоторазведчиками 23 сентября. Между 18 и 30 сентября британские фоторазведчики зафиксировали 30% уменьшение количества сосредоточенных для высадки барж. Впрочем, авиаторы только подтвердили то, что уже вечером 17 сентября знал Черчилль – из перехватов “Ультра” стало известно о распоряжениях отданных инстанциями Luftwaffe о свертывании транспортного обеспечения вторжения. Угроза высадки миновала.

26 сентября германское руководство определилось с точкой приложения дальнейших военных усилий – Средиземное море, Балканы, Россия (22 сентября немецкие части появились в Финляндии), а на следующий день – 27-го, был подписан Тройственный Пакт.

Официальное решение об отказе от высадки было принято 2 октября, а 12 октября войска получили уведомление об отсрочке вторжения в Англию до весны 1941 г. и прекращении подготовительных мероприятий до соответствующего уведомления. Вероятно, имеет смысл упомянуть еще одно событие, произошедшее через месяц – встречу Молотова с Гитлером в Берлине 12 ноября 1940 г. – по результатам которой, как представляется, в СССР можно было немедленно объявлять мобилизацию.

Сами немцы считают главной причиной отказа от высадки [02] следующие причины:
1. Слабость собственных ВМС.
2. Подготовку к войне с Россией.
3. События на Средиземном море и Балканах.

Кроме того, некоторое значение имеет вопрос погодных условий, т. к. план операции предполагал период ясной погоды, а на момент принятия решения погодные условия установились очень плохие. Однако, едва ли это имеет первостепенное значение (союзники, напротив, в июне 1944 предпочли достаточно плохие погодные условия).

Итак, можно утверждать, что именно предстоящая война с Россией предотвратила немецкую высадку на британские острова. Сами немцы после войны считали, что невзирая на потери, плацдармы они сумели бы захватить. С этим трудно не согласиться, как и с тем, что вопросы снабжения и усиления войск тяжелой техникой были трудно разрешимы и стоили бы немцам огромных потерь. Если бы Гитлер не нацелился на Россию, то немцы могли пойти на то, чтобы обескровить три десятка дивизий и, что совершенно неизбежно, также и Luftwaffe, вплоть до использования самолетов из учебных частей. Тем не менее, столкнувшись с твердой решимостью защищаться, Гитлер понял, что блицкрига в Британии не будет. Скорее всего, остановившись где-нибудь на окраинах Лондона, немцы ничего большего добиться не сумели бы. А далее, сказалась бы помощь доминионов и, самое главное, США (даже несмотря на отсутствие вторжения, Рузвельт сумел протолкнуть закон о Ленд-Лизе для Англии)**.

 

** Комментарий: роль США в процессе развязывания Второй Мировой войны также имела место быть, но чтобы сохранить объем работы в приемлемых рамках, этот вопрос не рассматривался.

Таким образом, мягко говоря, “активная” позиция СССР в восточно-европейских делах летом 1940 г. позволила Англии избежать появления на островах немецких солдат, с другой стороны, непримиримая позиция британского правительства, прежде всего лично Черчилля, дала Сталину без малого год на подготовку к германской агрессии.

[К оглавлению]



Copyright © ПБ ГСПО 2007. При перепечатке ссылка на ПБ ГСПО обязательна.